Вернуться ко всем записям

Above and beyond: blue

У меня нет для вас хорошего объснения, почему прилагательное “blue“, кроме цвета, обозначает еще и “грустный, унылый, подавленный”. У английского языка точного объяснения тоже нет, зато есть куча теорий: о близости синего цвета к траурному черному; о переносе значения: если человек бледнеет, то это либо от страха, либо от горя; просто потому что холодному синему противопоставлен горячий красный; потому что в XIV веке Чосер использовал метафору “Wyth teres blewe and with a wounded herte” (With blue tears and with wounded heart“) или потому что в первой половине XV века в средне-английском переводе Estoire de Merlin сердца жителей Британии были наполнены печалью “both blue and black they were“; или потому что в XVIII веке распространилось словосочетание “blue devils“, означающее депрессию и меланхолию (и заодно до кучи белую горячку, кстати, но не будем об этом).

Почти всегда, когда при переводе blue цвет оказывается совсем не в тему, значит, речь идет о настроении.

В песнях, кстати, это часто встречается, когда исполнитель либо просто употребляет слово в этом значении, например, “While I’m alone and blue as can be, dream a little dream of me” (Doris Day, “Dream a little dream of me“), либо строит песню на полисемии (Eiffel 65, “Blue”), либо каламбурит в процессе “I’m bluer than a bruise” (Oscar Isaac, “Never had”).